150 лет РМО
Официальные документы
Устав
Финансовый план
История
Секции
Юбилеи
Музыка Тверского края
Статьи
Проекты
Афиша
Новости
Контакты

РМО - Музыка Тверского края

ГИМН ВОСТОРГА И БЛАЖЕНСТВА

На рубеже XVII-XIX вв. история российской культуры была ознаменована появлением особого феномена - дворянской усадьбы. Отказ от столичной светской жизни и предпочтение ее тихому усадебному бытию со стороны значительной части дворянства, безусловно, являются закономерной реакцией на издание Екатериной II в 1785 г. «Жалованной грамоты дворянству». Но едва ли только жажда уединения и хозяйственная деятельность влекли представителей высшего света в провинцию. Оказавшись в своем заброшенном имении, они с завидной энергией принялись за обустройство усадьбы. Здесь творилась новая жизнь, свой собственный мир. И усадьба открывалась навстречу творчеству.

Род Бакуниных получил мировую известность главным образом благодаря революционной деятельности «апостола разрушения» Михаила Александровича Бакунина. Но на скрижали тверского края занесены и другие представители этого рода. Братья Михаила - Николай и Алексей - в числе тринадцати мировых посредников подписали «Адрес тверского дворянства императору Александру II», касающийся земельной реформы 1861 года. Павел и Александр приняли деятельное участие в организации земских учреждений. Александр до этого участвовал в обороне Севастополя. Особого внимания заслуживает отец славного семейства - Александр Михайлович Бакунин. Именно с него начинается возрождение премухинской усадьбы и превращение ее в один из центров усадебной культуры.

А.М.Бакунин
С акварели неизвестного художника
1820-е гг.

Александр Михайлович (1768-1854) получил прекрасное образование в Падуанском университете, был удостоен звания доктора философии. Молодые годы он провел на дипломатической службе в Италии. По возвращении в Петербург Бакунин становится членом кружка Державина и Львова. Н.А.Львов - человек, наделенный многими талантами, - был идейным центром этого содружества. Его имение Никольское-Черенчицы находилось по соседству с Премухином, и когда Александр Михайлович в 1797 году окончательно поселился в Премухине и задумал перестроить старый деревянный дом, он обратился за помощью к старому другу. По проекту Львова к дому пристраиваются два флигеля и видоизменяется фасад. Вокруг дома разбивается парк с искусственными прудами. Описание обновленного дома мы находим в поэме Александра Михайловича «Осуга»:

Но я кирпичными стенами
Двух флигелей на новый лад
Скрепил их и с лица столбами

Принарядил кой-как фасад.

Это проскользнувшее в строку «кой-как» отнюдь не случайно. Бакунины никогда не стремились к внешней роскоши, сам дом и обстановка отличались большой простотой. Все внимание было сосредоточено на создании такой интеллектуально-творческой атмосферы, в которой дарования и умственные способности подрастающего поколения Бакуниных развивались бы во всем объеме и полноте.

В.А. Бакунина, (урожд. Муравьева)
С акварели неизвестного художника 1820-е гг.

Несмотря на то, что Александр Михайлович много сил и времени отдавал хозяйству и общественной деятельности (с 1805 года он предводитель дворянства Новоторжского уезда, затем Тверской губернии), основной своей задачей он всегда считал воспитание детей. Разделяя национально-патриотические идеи того времени, он отказывается от иностранных учителей (за исключением преподавателей по иностранным языкам - французскому, немецкому, английскому) и занимается с детьми сам. Набор изучаемых дисциплин широк - история, физика, космография, география, итальянский язык. Пению, музыке, рисованию младших Бакуниных обучает их мать - Варвара Александровна (урожд. Муравьева).

Поэзия и музыка стоят в премухинской жизни на одном из почетных мест. Горячую любовь к литературе и литературно-поэтическому творчеству молодые Бакунины унаследовали от отца. Они хорошо знали литературу как отечественную, так и зарубежную. Произведения европейских авторов читались, как правило, в подлиннике. Стихи писали легко и складно. Александр Михайлович в собственном поэтическом творчестве руководствовался взглядами державинского кружка. Его стихотворные опусы, посвященные красотам премухинских мест, среди которых поэма «Осуга», стихотворения «Жатва», «Осень» и др., получили высокую оценку Державина и Капниста. В совершенстве владеющий итальянским языком, Бакунин переводит поэзию итальянского возрождения (Тассо, Петрарку).

Насколько регулярны были занятия музыкой в доме Бакуниных и в какой степени музыка пронизывала домашний быт, можно судить по следующему фрагменту из поэмы «Осуга»:

Люблю я это фортепьяно,
Ты, поздно Вечером ложась
И поутру вставая рано,
Себе найти умела час.
А днем учила, повторяя
За дочками сто раз и сто,
Как меледу перебирая:
До, ре, ми, фа, соль, ля, си, до!

А.А.Бакунин за роялем
С рисунка А.Бакунина

Но не только фортепьяно звучало в доме Бакуниных. Арфа, мандолина, скрипка (а вероятно, и другие инструменты) включались в различные по составу ансамбли. Камерные традиции домашнего музицирования определяли и специфику исполняемого репертуара: песенно-романсовая лирика, хоры светские и духовные, инструментально-ансамблевые пьесы (в том числе и квартеты). Наиболее яркой музыкальной одаренностью отличались Варвара и Алексей. О музыкальности Варвары мы узнаем из письма ее сестры Татьяны (1837): «Варенькина песнь раздирает мне всю душу, наполняет ее каким-то сладостным, тоскливым чувством - сердце рвется в это чудное небо, к этим звездам, которые горят лучами надежды для нас». Варвара хорошо играла на фортепьяно, часто аккомпанировала своим сестрам и сочиняла «довольно сильные и выразительные мелодии». Когда в 1834 году в доме появился учитель музыки м-р Файгерль, она стала его лучшей ученицей, Файгерль отвечал Бакуниным столь же искренней привязанностью. Среди нот Алексея сохранились сочиненные Файгерлем в 1831 году «Вальсы» с посвящением матери семейства м-м Бакуниной. О том, насколько серьезным было музыкальное образование в бакунинском доме, можно судить по нотной библиотеке Алексея и его музыкально-творческим опытам. Среди исполнявшихся произведений сочинения Бетховена, Моцарта, Генделя, Мендельсона, Доницетти, Шуберта, Рубенштейна, Даргомыжского и др. Среди музыкальных эскизов большое количество духовной хоровой музыки (с латинским, русским и немецким текстом), полифонические пьесы и, наконец, масштабное по объему сочинение для хора и струнного квартета или форепьяно «Псалм XXII» написан в 1863 году, вероятно, не без влияния А.Н.Серова)1 С Серовым Алексей Бакунин познакомился в Симферополе. Они много музицировали, совместно занимались композицией. Среди бумаг Алексея были найдены две нотные рукописи Серова, относящиеся к 1849-1850 годам. Это фуга для фортепьяно или органа (в четыре руки), посвященная Павлу и Алексею Бакуниным, и Псалм XCIII» для хора и оркестра (опус I). Михаил Бакунин (который, кстати, виртуозно владел скрипкой) также отличался страстным отношением к музыке. Композитор и пианист Адольф Рейхель, с которым Михаил познакомился во время своих скитаний по Европе, вспоминает: «Он, говоривший не только хорошо, но и охотно, мог слушать молча по целым часам музыку; творения Бетховена, самые трогательные и страстные, производили на него самое живое впечатление». В одном из писем к Рейхелю Михаил напишет: «Музыка одна имеет место в нынешнем мире».

Музыка являлась непременной участницей всех семейных торжеств, а также сентиментального обряда прощания с усадьбой перед отъездом на зиму в Тверь. Вся семья под аккомпанемент Варвары Александровны исполняла «Прощальный гимн» на стихи Александра Михайловича. Мелодия была заимствована из швейцарской песни:

Настал уж час, готовы кони!
Село Премухино, прости!

Особой интенсивности культурно-художественная жизнь усадьбы достигла в 30-40-е годы прошлого века. В это время у Бакуниных часто гостят Н.В.Станкевич, В.Г.Белинский, В.П.Боткин, И.С.Тургенев. С прибытием гостей в Премухине завязывались споры, длящиеся часто до утра. Дом превращался в своего рода философский клуб, в котором царили Гердер, Шеллинг, Кант, Гегель.

Интерес к философии и философский характер всех диспутов в доме Бакуниных объяснялся большим влиянием личности Николая Владимировича Станкевича. В 1831 году он организовал в Москве литературно-философский кружок, в который также входили Михаил Бакунин, Белинский, Боткин и др. Музыка и литература составляли основу обязательных изучений кружка. Каждое художественное явление (в том числе и музыка) рассматривалось сквозь призму философских теорий. Однако письма Станкевича наряду с музыкально-философскими экскурсами содержат и ярко-эмоциональные высказывания о музыке. Станкевич был одним из первых, кто сразу оценил психологическую тонкость шубертовской вокальной лирики. Он потрясен балладой «Лесной царь». В 1837 году, познакомившись с шубертовским посмертным циклом «Лебединая песня», Станкевич шлет в Премухино письмо за письмом (адресовано Любови Александровне, которая была его невестой). В одном из них (1 марта 1837 года) он предугадывал музыкальные симпатии членов бакунинской семьи, что еще раз подтверждает факт музыкальных диспутов в доме Бакуниных с участием Станкевича: «Вам, я знаю, больше всего понравится «У моря» - настоящая молитва... «Рыбачка» и «Прощание» - чудо в своем роде и, верно, понравится Александру Михайловичу». Получив от Станкевича ноты с песнями Шуберта. Бакунины становятся столь же горячими почшмлями его творчества.

Летом 1837 года Премухино находилось всецело под обаянием старой немецкой романтической литературы (Новалис, Жан-Поль, Брентано, Гофман) и немецкой музыки. Оживление музыкальной жизни было вызвано приездом двух профессиональных музыкантов - Лангера и Поля, с которыми Михаил Бакунин познакомился в Москве. Станкевич об этом лете вспоминает так: «В июне приехал в Премухино Мишель и привез с собой двух новых приятелей, Лангера и Поля... Лангер был не просто учителем музыки, но талантливым музыкантом-композитором. Он сочинял превосходные сонаты в романтическом стиле, которые очень нравились сестрам Мишеля. Варвара Александровна особенно с ним подружилась и очень полюбил a его музыку. Бетховен, Моцарт, Шуберт заняли в это лето огромное место в премухинской жизни, и старый премухинский дом постоянно оглашался обаятельными и душу возвышающими звуками этих гениальных произведений».

Летом 1838 года в Премухино вместе с Лангером приезжают Белинский и Боткин. З.П.Боткин, брат врача С.П.Боткина, писатель, искусствовед, автор ряда статей по истории музыки, отличался страстным отношением к музыке. В Москве по субботам и воскресеньям он устраивал квартетные вечера. Сам он хорошо играл на скрипке. Едва ли Боткин остался в стороне от музицирования и в бакунинском доме, где, по словам И.И.Лажечникова, «ум и талант... разыгрывались».

Белинский приезжал в Премухино впервые осенью 1836 года. Всегда болезненно переживавший свою немузыкальность, он с поистине романтическим пафосом описывает свои музыкальные впечатления: «Полною жизнью я жил только в те минуты, когда увлекался сильным жаром в спорах и, забывая себя, видел одну истину, которая меня занимала; еще тогда, когда все собирались в гостиной около рояля и пели хором. В этих хорах я думал слышать гимн восторга и блаженства усовершенствованного человечества, и душа моя замирала, можно сказать, в муках блаженства».

В заключение приведем еще одно высказывание Белинского о том особенном жизненном укладе бакунинской усадьбы, который определил ее выдающееся значение в культурно-историческом процессе: «Семейство Бакуниных принадлежало к числу редких в те времена семейств, где жизнь не была похожа на обычные нравы помещичьего быта и где, напротив, были знакомы и ценимы умственные и эстетические интересы. В этих семействах находило себе приветливую встречу то возникавшее поколение, из которого вышло вскоре немало замечательных деятелей нашего общественного просвещения». Культурный опыт бакунинской усадьбы имел непреходящее значение не только для своего времени, но и для последующих десятилетий.


1 А.Н.Серов (1820 - 1871) - композитор и музыкальный критик. Отец художника В.А.Серова.

Людмила Туркова

Туркова Л. ГИМН ВОСТОРГА И БЛАЖЕНСТВА//Тверская жизнь. - 2000. - 8 апреля. - С.:5